Гору Овакимяну было тридцать семь лет.
В ночь на 4 мая 2025 года он находился в квартире на Ленинградской улице во Всеволожске под Петербургом. Поздним вечером 3 мая в подъезд вошли семеро мужчин в форме, похожей на форму сотрудников правоохранительных органов, с символикой «Русской общины».
Они начали ломать дверь.
Находившийся в квартире мужчина поджёг мебель — по версии следствия, чтобы отпугнуть ломившихся. Начался пожар. Гор Овакимян, уроженец Армении, погиб. Двадцатичетырёхлетняя девушка родом из Сочи выпрыгнула с седьмого этажа, спасаясь от огня.
Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье 109 Уголовного кодекса — причинение смерти по неосторожности.
Чем это закончилось
У пятерых участников движения провели обыски. После допроса всех отпустили — в статусе свидетелей.
Свидетель в уголовном процессе — это лицо, которому известны обстоятельства дела. Не подозреваемый и не обвиняемый. Разница принципиальная: у свидетеля нет ни меры пресечения, ни ограничений, ни перспективы суда.
Статья 109 — причинение смерти по неосторожности — сама по себе предполагает, что кто-то всё же виновен: тот, чья неосторожность привела к гибели. Вопрос лишь в том, кого следствие считает этим лицом. Если участников рейда отпустили свидетелями, значит, ответственность возлагается на того, кто поджёг мебель, — то есть на человека, находившегося внутри квартиры, к которой ломились семеро.
«Коммерсантъ» сообщил: в действиях «Русской общины» состава преступления не нашли. Сама организация обвинения в свой адрес отвергла.
Семеро пришли ночью к чужой двери. Человек погиб. Никто не ответил.
Что такое эти обходы
«Русская община» появилась в начале 2020-х и стала известна прежде всего «народными дружинами» — ночными рейдами по квартирам, хостелам, рынкам и стройкам. Радио Свобода назвало свой материал о противостоянии организации с выходцами с Кавказа прямо: «Патрули страха».
Здесь стоит различать форму и содержание. Формально народная дружина — законный институт: добровольцы помогают полиции в охране порядка, имеют удостоверение и действуют совместно с сотрудниками. У дружинника нет права входить в жилище, задерживать, обыскивать и досматривать.
Фактически же речь идёт о группах в форме, похожей на полицейскую, приходящих ночью без ордера к чужой двери.
Человек за дверью не обязан различать эти тонкости. Он видит форму, слышит требование открыть и не имеет возможности проверить ни удостоверения, ни полномочия. Именно эта неразличимость и делает такие визиты эффективными — и одновременно опасными.
Всеволожск не единичный случай
В мае 2025 года в Камешкове Владимирской области группа вооружённых дубинками, кастетами и ножами напала на уроженцев Ингушетии, выкрикивая националистические лозунги. Ряд каналов связал нападение с «Русской общиной»; координатор организации Ткачук причастность отверг.
Тогда же Следственный комитет возбудил дело о похищении 18-летнего юноши участниками организации в городе Коврове той же Владимирской области.
Похищение человека — тяжкая статья. Само возбуждение такого дела означает, что следствие увидело в действиях участников не превышение полномочий дружинника, а самостоятельное преступление.
Кто за этим стоит
Здесь начинается самое существенное.
«Медуза» опубликовала расследование, согласно которому «Русская община» не просто согласует нападения на мигрантов с силовиками — она выполняет их задания.
РБК в октябре 2025 года вышел с материалом «Принцип поля картошки» — о том, как организация возникла и кто за ней стоит.
Это меняет природу вопроса. Ночной обход силами энтузиастов — одно: эксцесс, за который отвечают его участники. Ночной обход, согласованный с теми, кто потом будет расследовать его последствия, — совсем другое.
Второе объясняет, почему семеро человек, после визита которых погиб человек, вышли из отдела свидетелями.
«Семеро пришли ночью к чужой двери. Человек погиб. Никто не ответил.
Почему это касается армян в Сочи
Гор Овакимян — не первый уроженец Кавказа, столкнувшийся с этими рейдами. Девушка, выпрыгнувшая из окна, — из Сочи.
Прямой связи между земельными исками в Адлере и ночными обходами под Петербургом нет. Это разные механизмы, разные ведомства, разные регионы. Мы не утверждаем, что это одна операция, и не строим конспирологию.
Но результат для человека с фамилией на «-ян» складывается один. В Сочи у него забирают землю по иску, к которому он не имеет отношения. Под Петербургом к нему ночью приходят люди в форме — и если он погибнет, состава в их действиях не найдут.
Источники
- 1
- 2
- 3
- 4
- 5
- 6
- 7
- 8
